Кафе Philibert

"Значит, вы заказали "Ивору", "Брюгге" и "Роти", — скороговоркой произносит приветливая официантка, сверяясь с экраном смартфона. Нет, я решительно ничего не понял. Девушка, совсем не удивившись бестолковости клиента, разъясняет: "Салат с креветками, деревенская уха и жаркое". Теперь другое дело — я действительно это только что выбрал. Дело в том, что в новом кафе Philibert все блюда имеют имена собственные. Например "Фуэ дэ Пулэ" — это фломбированная портвейном куриная печень на подушке из салатных листьев (270 рублей), а "Муле о легум" — мидии под овощным винегретом (290 рублей). Красиво, конечно, хоть и тяжело для восприятия. Но, в конце концов, все дело привычки: иностранцам ведь тоже поначалу кажется странно, что винегрет в России — это не соус, а салат.

Но создатели Philibert, видимо, не ищут легких путей: кафе открылось, если судить по количеству прохожих, не просто в тихом, а в крайне тихом центре. Если верить этнографам, то в 1960–х здесь был первый в Ленинграде Дом быта. Но теперь благодаря строгим черным маркизам здание выглядит совсем не по–советски. Внутри все тоже исключительно изысканно: такого красивого Прованса, наверное, не сыскать ни в Авиньоне, ни в Марселе. Для тех, кто все–таки не догадался, что это Франция, есть саундтрек из "Амели" и воркует Карла Бруни. Единственный недостаток, несмотря на разложенные на подоконниках экземпляры La Petit Illustration за 1936 год, — все остальное выглядит слишком новым. Трудно сказать, имели ли отношение к открытию братья Затуливетровы, но очень на то похоже: и стиль оформления, и подход к меню, и даже наличие специальной маркетинговой легенды напоминает их проекты Baker Sisters и du Nord.

В меню из раздела в раздел настойчиво повторяется слово "голландский" (сэндвич, селедка, уха, гороховый суп), но  местную кухню скорее можно назвать по–европейски универсальной. Шеф–повар явно питает слабость к сладкому: конфитюры, медовые тыквы, заправки и прочие фрукты–ягоды сопровождают почти половину салатов, закусок и горячего. Салат с тигровыми креветками не стал исключением: совсем немного зеленых листьев, а все остальное — груша, грейпфрут и медово-лаймовый дрессинг. Получилось по–летнему легко.

Голландскую уху (честно говоря, это словосочетание напоминает оксюморон, все равно что французский борщ) здесь варят из тунца и мидий и подают на манер буйабеса, то есть бульон — отдельно, содержимое — отдельно. Разрекламированное официанткой как самое характерное блюдо шефа жаркое с яблоками, к сожалению, разочаровало: говядина не то что не таяла во рту, отношения с этими кусочками мяса лучше всего передает фраза "долго и мужественно жевать", да и картошка выглядела совершенно ненужно–безвкусным дополнением. "Мильфей" презентовался как миндально–апельсиновые лепестки с кремом из маракуйи, но по толщине эти лепестки оказались настоящими коржами. Очень сладко и не совсем понятно, как это есть. Может быть, попробовать еще раз?