Ресторан Bar Garcon

Ветреная красавица с копной рыжих волос и бутылкой шампанского в вытянутой руке пытается куда–то упорхнуть, но ее хватает за ногу официант. Вернее, конечно, гарсон. Потому что дело происходит в новом Bar Garcon.

«Гарсоны» в Петербурге прописались давно, «Гарсонов» в городе много, и много разных — есть бистро, кондитерские, булочные, и вот наконец на Малой Морской появился бар. Степень концентрации люксовых отелей на Исаакиевской пл. постоянно растет, так что создатели «Гарсона» сделали все правильно и вовремя. И похоже, что основная целевая аудитория у нового бара, несмотря на достаточно молодежную звуковую дорожку, — седовласые платежеспособные интуристы с пакетиками из Эрмитажа. Заходя внутрь, они первым делом произносят кодовое слово «борсч», но его здесь нет: русский кулинарный пантеон в «Гарсоне» представляет только бефстроганов (550 рублей), все остальное — французская классика.Первое впечатление от нового «Гарсона», как и от многих других туристических заведений, прохладное: сотрудник бара умудрился не поздороваться с новым гостем, буквально в миллиметрах от него протискиваясь между столами. Через несколько минут понимаешь, что находиться в рубашке в «Гарсоне» просто холодно: дверь открыта настежь, а на дворе все–таки уже август.

Крошечный бар всеми фамильными чертами напоминает прежние «Гарсоны» — безусловно, самые французские заведения города. Герои развешанных по стенам плакатов и картин беспрерывно пьют, но атмосфера самого бара не располагает к безудержному потреблению спиртных напитков. Один–два бокала вина, не более (тем более что цена бокала стартует с 350 рублей.).

Если присмотреться, меню составлено из блюд, которые давно опробованы в бистро на Старо–Невском, а круассаны, киши, пирожные и тарталетки есть в фирменных кондитерских, только там они порой на треть, а порой и вдвое дешевле.

Хлеб (пару кусочков поджаренных тостов) с маслом приносят бесплатно, а так за каждую мелочь в баре приходится доплачивать: прилагавшийся к американо наперсток со сливками был оценен в 80 рублей, то есть почти в 2 евро.

Салат La Cave — эстетически безупречная композиция из авокадо, шампиньонов, кубиков картофеля, хамона, горячего сыра «Роблюшон» и листьев — был бы всем хорош, если бы не два маленьких но. Проверено практикой: когда соусник с заправкой подается отдельно, процесс смешивания очень неудобно осуществлять на плоской, как блин, тарелке. Либо перемешаешь плохо, либо листья вываливаются прямо на стол. И, конечно, лучше не класть в салат ломтики авокадо, своей твердостью напоминающие репу.

Зато суп из чечевицы удался на славу. К столу принесли горшочек с кусочками фуа–гра и гренками, а затем наполнили его из кувшинчика обжигающим крем–супом. Очень приятно ощущать во рту нотки тающего фуа–гра!

На горячее официант первым делом посоветовал лосося по–арморикански (Арморика — историческая область на северо–западе Франции), и рекомендация сыграла. Нежное филе лосося в сливочно–лобстерном соусе с томатами и луком — блюдо из разряда тех, которые нравятся всем и каждому.

«Белый квадратик — это не шоколад, не съешьте!» — заботливо сообщил официант, доставляя пирожное. Предупреждение не лишне: карамельное пирожное с шоколадно–вафельной начинкой давно входит в ассортимент кондитерских, вот только когда–то карамельную глазурь действительно украшала малюсенькая шоколадка с фигурой гарсона. В остальном пирожное безупречно, можно откинуться на спинку красного дивана, и перед глазами опять потолок, где официант, вернее гарсон, гонится за ветреной крсавицей с копной рыжих волос.