Воскресный вечер. 21 час. Пусто от слова «ноль». Да, переезд не сказался положительно, я примерно это и говорил. А для рыбного ресторана, даже при современных способах заморозки, проходка важнее для жизни заготовок. Ланчи, скорее, в деловом квартале — этт хорошо, но ресторан они не «делают».

На посту хостес просто никого нет. И вот проблемы прошлого визита, с подтупливающей встречей, исчезли. В зале один, но совершенно справляющийся человек. Совершенно мил, совершенно старается… было бы странно, если б с единственным гостем говорили не мило.

Тартар из що́кура (350) — рыбку такую я не ел раньше. Арахисовое масло обещано официантом — нужно ли оно заявленной благородной рыбке? Хороший, «сочный» соус, которого, возможно, больше нужного. Тартар — нарезка, видимо, удачная для характера плоти этой рыбы. Потом уже прочитал, чир это, из сиговой породы: «озерно-речная рыба, обитающая в основном за Полярным кругом, живет в низовьях сибирских рек». Тем более не стоило так много соуса вводить. Нечего скрывать!

Паштет из копченой скумбрии (280) с конфитюром из яблок рядом. Перемололи в масло совершенное. И вкус рыбный — всего на треть впечатлений. Гладко, сливочно, пусть и нежирно, бесфактурно вовсе. Раньше тут до смерти перетирали форшмак, сейчас повар переключился на паштеты: ПРОГРЕСС.

Салат с копчеными креветками (390), как и раньше, хорош. Креветки стали менее выразительными по фактуре и вкусу, незаметнее. Все стало менее симпатично «на картинку», гораздо более «мокро». Уже оценка не «вкусно», а «четверка».

Суп марсельских рыбаков (450) симпатичный, приятный и легкий, на томатной основе. Лосось, совсем уж мелкими кусочками для чувств, кальмар, три трепетные мидии, прям три миски навернул бы таких, две солидные креветки. Не буйабес страстью бульона и плотностями, но съел с радостью. Потому что никто не написал это название.

Орзо с крабом (600) — добрая вкусная кашка с холодным, подчеркнутой свежести крабом. И его гораздо больше, аж на 41% ризотто прошлого визита. ПРОГРЕСС.

От перечисления составляющих в блюде Зубатка (500), на дюжину компонентов и техник, таких как «три представления пастернака», уже страшно: что ж рыбе остается? Небольшой кусочек филе и крохотная фигулька дополнения. По сути — корень пастернака с кремом пастернака. Отличное на вкус, отличное приготовлением блюдо, для статуса «основного» надо бы процентов двадцать добавить в обе части произведения.

Впечатление от еды «на круг» и сервиса на этот вечер лучше. Впечатление от пустого зала удручает больше иного несвежего десерта. Работу провели, это точно, пусть и меню практически новое, и сравнивать другие позиции сложнее. До звездочки рекомендации, как вы поняли, не дотянули опять.

Не переезд это. Закрытие и новый ресторан с таким же названием. Для меня так. Люди переезжают на новую квартиру, сегодня переезжают, с дивана кошку сгоняют и выносят. А не умирают и через несколько лет возрождаются в новом теле. Или возрождаются? Прочь вопросы теологии! Мы про еду. И локацию.

Теперь на улочке-тихоне. Некая противоположность углу Маяковского и Некрасова. Теперь в бизнес-центре. Полная противоположность. Еще одно подтверждение — новый! От «целей применения», что бы ни придумали владельцы, зависит концепт. Столы поставить мало, для каких целей они будут использоваться — гораздо важнее. Настроение совсем иное.

Появилась «мясная комната» — новый. Стейки зачем-то да тартар. То есть люди уже не идут в рыбный ресторан? Я-то в рыбный пришел. Меню удобное, логичное, выбор прост. Тут только «плюсики» примите в дар. Стало дороже. Или мне кажется. Новый. От цен зависит концепт: публика на «демократичные морепродукты» и гости на средний счет 2000 — немного разные аудитории. Цены не сами по себе. Цены становятся большими или маленькими, когда вы смотрите в тарелку. И вот тут точно новый. Старый не шокировал. Старый ласкал, когда я смотрел в тарелку.

Персонала много. Официантки только две. Остальные, видимо, разные-другие люди. Встреча: девушка на посту! Девушка лишь приветствует, дальше роли своей не выполняет. Может, текст не выучила? Тут точно первые десять дней работы, надо автоматом у гостя интересоваться: «Вам рассказать про концепт, историю, были ли вы в нашем прошлом адресе?» Что говорить, милая даже не рассказывает про существование мясной комнаты, где подают мясо. «Куда меня?» — «Куда хотите». Оказалось, совершенно случайно, это и есть мясная комната. То есть люди сели в курительной, детской, любой специализированной комнате, а им этого не сообщили. Зато настроение осталось, тут только хвалить.

Дизайн разный, но мне важно впечатление, а не сравнение фотографий тогда и сейчас. На второй день, у той же девушки, совсем сбой программы голосового помощника «неАлиса». Четыре раза взывал: «Здравствуйте». Отвечает и молчит. «Вы работаете тут?» — «Да». И молчит. «Здравствуйте». — «Здравствуйте». — «Я гость. Я один». — «Здравствуйте». И молчит. Недвижима. «Встречайте уже!» Только после этого «включилась» и взяла в руки меню.

Форшмак (260) выглядит как плохой хумус. Перетертый паштет, размазанный по тарелке. От этого еще больше захватывает впечатление того самого «некоего паштета», суровой смеси, где уже не разобрать, а из чего, собственно, сотворили. Потом получаешь в счете «Крем из сельди» и ясно понимаешь: они даже не пытались делать похоже на форшмак. Точно бы не повторил.

Севиче из семги в соусе кимчи (350) — сладка жирная семга, ох сладка. Наверное, вкусная — вкус есть, но нет и намека на «кимчи» или «севиче», ни одной нотки. Повар пробовал?

Карпаччо из гребешка (370) — чистый вкус гребешка, лишь намеком дополненный. Мне понравилось. И понравится каждому, кто хочет просто крудо. Кто любит просто сырое.

Салат с копчеными креветками (390) — вкусно. И хоть айсберга много в миксе, Борису понравилось всем. Вкус везде, вкус не только в креветках, и вот радость в каждой вилке цепляется.

Уха финская (350) — белорусская она, полная картошки, горка над поверхностью лишь из нее, в небольшой плошке модняцкого фасона. Но тут не ругать: люблю такую суперконцентрированную жидкость, а не море непонятного молочка без вкуса. Очень хорошо, однако, повторюсь, уха-то белорусская — семь половинок картошек и Лукашенко на завтрак не ест. Только его сын. Плохо это, но все равно бы повторил.

Ризотто с морепродуктами (600) — у Бориса шок. Во-первых, за такую порцию, даже если бы и было волшебно вкусом, дорого неимоверно. Две мидии, две креветки. Всё. Больше ничего. Грабят. На вкус — не найти морского вкуса. Некое ризотто с некими морепродуктами, переписью выше обозначенными, сверху. Слишком густое к тому же. Съедобно. Без радости. Цена в два раза завышена. Как минимум. «Порт» должен мне 310–320 рублей. Как минимум. Но это не точно. Люди, у вас салат, который в полтора раза дешевле ценой, богаче в четыре раза!

Муксун с пюре из цветной капусты (470) — «опасная» рыба, как фугу, редко с горячим вариантом мне везло. Холодные закуски нравятся больше, например в масле с луком и в банке, как в «Строганове». Без особых эмоций рыба, не испорчена, не превознесена до высот. Пюре из цветной капусты — лучшее впечатление в блюде.

Напитки. Только «Панна», только по 0.5. На второй день решил, что не смогу... Странно. Лимонад (230) впервые за много месяцев отдают смешным объемом — 200 мл. Я совсем не понимаю этого кайфа: 1150/литр? Вино — от 300, но без указания объема, приносят уже нечто налитое. Сложно за столом налить, перед гостем, показав бутылку, повысив авторитет продажи, статус кафе? Два раза, белое вино типоразмера «рислинг» «не в температуре». Интересно, хранят на баре?

В воскресный обед, кроме меня, один стол, в понедельник — только Борис. Дневное предложение бизнес-ланча за 350 не работает? И пришлось уже спрашивать у девушки, какое блюдо не имеет двух креветок на борту. Кроме кухни, встречи, напитков и цен, зачет по всем показателям. Которых немного. Еда... Съедобно. Половина блюд с ростками вензелей гороха — фишка повара? Именно это хочется сказать, когда у каждого блюда интересуются про «понравилось»: «Горох — да!» Молодцы, что спрашивают. Ведь сложно объяснять, когда не просто какая-то ошибка в блюде, а блюдо — ошибка.

Смотрите, вам дали еще не все меню, — говорит официантка нового ресторана Port и грохает — хорошо, не грохает, а аккуратно кладет передо мной два дополнительных листа металла, к которым гайками прикручены небольшие листочки. Не хотел бы я быть тем человеком, на чью ногу упадет такое меню!

Все новое — хорошо забытое старое. В данном случае — совсем даже и не забытое. Port пару лет проработал на ул. Маяковского и закрылся летом прошлого года, как говорят, не в силу экономической несостоятельности, а в результате противостояния с жильцами. Теперь Port переехал в длинное серое здание на Петроградской стороне. Даже днем здесь играет бодрая музыка — хоть сейчас пускайся в пляс. Видимо, саундтрек должен компенсировать суровость окружающей обстановки. Тут везде бетон, листы железа, а некоторые столешницы такой толщины, что с ними, такое ощущение, не справиться и полудюжине портовых грузчиков. Хорошо, что в окне светит солнце, иначе послеобеденного сплина было бы не избежать. Зато диваны и кресла на редкость удобны — совсем не хочется из них вылезать. Но для начала надо помыть руки — и, ступив на территорию мест общего пользования, понимаешь, что уборку здесь точно не проводили со вчерашнего дня.

У первой версии заведения название было много длиннее, а именно Port sea food cafe. Сейчас все дополнения отпали за ненадобностью, потому что в новом Port появилось мясо, вернее даже отдельное мясное меню, которое напечатали на специальной красной бумаге. По идее, мясоеды должны ощущать себя здесь не слишком уютно — для них выгородили специальную резервацию, но на деле же стейки (650–1700 рублей) и тартар из фланка с перепелиным яйцом (380) можно получить где угодно. Тартара такой крупной рубки я, кстати, раньше нигде не встречал. Впрочем, порт есть порт, и место это предполагает брутальность.

В основном — рыбном меню многие названия со старых времен остались прежними. Но, к сожалению, не цены. Кто там уверяет, что в России рекордно низкая инфляция? Цены на некоторые позиции поднялись почти в полтора раза! Когда–то Port гордился своей демократичностью, теперь за осьминога на гриле с печеным ананасом здесь просят 850 рублей, а за ассорти морепродуктов на компанию — и вовсе 6500 рублей. Чаще всего в меню встречаются крабы: при желании здесь можно отужинать только крабовыми блюдами. Стоимость бокала вина в карте напитков стартует с 320 рублей. С большим преимуществом преобладают, конечно, белые вина.

Официантка с иссиня–татуированными руками живо и со всяческими подробностями презентовала меню. Одна незадача — ее красочные описания то и дело потом не совпадали с реальностью. И как тут понять, кто на самом деле дал маху: официантка или повар, который что–то позабыл положить?

Например, вопрос ребром: должно быть или нет манго в фирменном салате Port с камчатским крабом? По факту там было что угодно: мангольд, редис, тыквенные семечки и др., но только не манго. В итоге салат имел неяркий травянисто–горьковатый вкус.

Севиче из семги здесь готовят в соусе кимчи, и это явно вариант лайт. Если что и вспоминаешь, так обилие лука.

"Суп марсельских рыбаков" предварялся словами: "Если вы слышали, что такое буйабес…" Такие сравнения лучше вовсе не проводить. Мощь настоящего буйабеса в ресторане настоящего марсельского порта забыть невозможно! А это всего лишь томатный рыбный супчик диетического толка с морепродуктами и треской.

Зато кальмар, который здесь сопровождают слайсами кабачка и воздушным грибным муссом, вышел по–настоящему нежным.

А блюдо, которое хочется пробовать еще и еще, — это рис венере с северной креветкой. На самом деле черный рис со сливочным соусом и вешенками — уже само по себе удовольствие. А с в меру обжаренными креветками еще лучше.

Все десерты в Port стоят по 300 рублей. Моти — японский десерт из рисового теста — начинены маскарпоне и малиной, политы карамелью и украшены малиной и ежевикой. Вернее, разрезанной на четыре части ежевичиной и уполовиненной половинкой малины. Неужели вторая половинка будет дожидаться следующего заказа!

На подходе к гардеробу роюсь в карманах в поисках номерка — фанерной рыбки — и так и тянет что–нибудь изречь про Дерипаску. Но сдерживаюсь: таких шутников в Port, наверное, каждый второй.