- Это, конечно, не Панна или Восс, зато бесплатно, - объясняет появление на столе графина и двух странных стаканов улыбчивая официантка Настя. И как-то все сразу становится на свои места. И аскетичное убранство интерьера и парни в бейсболках готовящие кофе в проходе у гардероба и библиотечного вида девицы этот кофе задумчиво потребляющие. Этакий женский клуб Алис из питерского зазеркалья. Вон облако на вилке, вон мужик на крылатой рыбе, зигзаги водопроводных труб собранных в светильники дизайна 2000-х и брутальный ж/д сортир.

За гламуром здесь принципиально не гонятся, Алисы этого не любят. Они любят интернет и кофе. Поэтому первый слегка тормозит, чтобы им не злоупотребляли, а второй чуть дороже, чем в среднем по городу. Кроме обычного кофе есть кофейные коктейли, безалкогольные - для хороших девочек и с текилой, граппой или кальвадосом - для плохих. Именно такой «Раф для плохих девочек» (330 руб./0,25) я и взял своей подруге. Девочка она не из хороших, но даже ей этот горячий и несладкий кофейно-спиртовой коктейль с граппой оказался не по зубам.

Не беда, на этот случай в заведении имеется полноценная винная карта, которая, как бы это точнее выразиться, будто прибыла сюда из другого ресторана. Ну кто, позвольте узнать, будет покупать здесь бокал 125 мл. российского вина за 600 руб.? Будь оно хоть трижды заслуженным. Тем более, что в карте оно скромно вынесено в раздел «вина из других стран». Патриотично. Конечно, это же не Бароло Джинестра за 950 руб. Разумеется, есть и по 200, но мини-бокал чего-то более-менее стоящего обойдется около 300-400 руб., что так себе вписывается в общую концепцию мероприятия.

Кстати, в заведении есть еще кухня, хотя, судя по столам, немногие из гостей об этом знают. Вершит таинство на ней алхимик-естествоиспытатель г-н Абрезов, известный неоднозначными гастроэкспериментами в другом амбициозном проекте. Начинается все странным словом Старты. Надеюсь не веселые. Староват я для них. В стартах всевозможные муссы, паштеты и пр. экзерсисы для упомянутого выше вина. Авторские. А за это я готов пить что угодно, даже теплую безымянную воду из «медицинского» графина. Далее пара супов и пяток основ с десертами. Сдержано, но колоритно. Тут же довольно интересное меню завтраков, от каш с гречишным печеньем и крыжовником до омлета с шиитаке или гребешками или кесадильи с копченым кижучем, вкл кофе или чай.

Я же предпочел Мусс из гуся (390 руб.) и Тар-тар из тунца (390 руб.). Муссом оказалась печень взбитая со сливками и присыпанная тутовой пылью. В декоре два довольно интересных, глазированных смородиновых листа, сладких и хрустящих, допом чиабатта. Неплохо, а гусь то об этом знает?

Тар-тар в миксе с помидорчиком, сверху чипсы, сбоку майонез с соей присыпанный пылью вакаме. Натуралистично, даже слишком. Рыбке бы глянца какого придать, оттеночек легкий пряно-масляный. Майонез для этого простоват и слишком жирен.

Гаспачо с сорбетом из крапивы и персиком (270 руб.) еще на стадии заказа был отрекомендован, как томатно-огуречный с «содовой водой». И, судя по его консистенции, последней не пожалели. Слабый, пресный и невнятный вкус, едва скрашиваемый кислинкой неплохого сорбета под загадочной пенкой, каплями масла петрушки и редкой крошкой несладкого персика. Скромно.

Рамен из гуся с пастрами (390 руб.), если можно так выразиться, нажористей гаспачо. Легкий бульон из гуся и говядина-пастрами, гречневая лапша соба, грибы шиитаке, шпинат и даже вареные яйца. Общий вкус, однако, довольно прост и незатейлив, что для рамена может и неплохо.

Со Стриплойном (690 руб.) автор явно перемудрил. Прожарку не спрашивали, но на тарелке оказался вполне приличный нарезанный кусок казахской буренки в довольно смелом медиум рэ. Только вот лежал он на лепешке с овощами, а та в свою очередь в какао-соусе. Разумеется, в результате взаимных проникновений, все это раскисло и смешалось в один вкус. Вопрос: зачем городить этот огород? Стейк одно блюдо, энчилада другое, а моле слишком сложный соус, чтобы включать его в такие композиции, да еще декорируя все вездесущим маслом петрушки. Умеренность – вот истинная благодетель для джентльмена, даже если он мечтатель.

С Ножкой гуся конфи (480 руб.) все обстояло намного проще. Нога с подгоревшей шкурой трагично возлежала на некрасиво измазанной чем-то тарелке, а вокруг, будто на пепле от этой ноги лежал фундук среди кроваво красных капель ягодного соуса. Несмотря на всю нефотогеничность композиции, на вкус все оказалось довольно мило. И даже бурая масса под ногой – морковное пюре имело приятные сливочно-карамельные ноты. Сама же нога пусть и не блистала янтарностью конфи, но мягким распадающимся на волокна мясом была к нему близка. Так что в целом скорее да, чем нет. Но с дизайном надо что-то делать. Гуся жалко.

Оплакивая гуся, взял Вишневый лимонад с шалфеем (230 руб./0,4). Все прекрасно, льда в меру, легкая газация, но шалфей продирает до костей. Настоя не пожалели - как из ладана хлебнул, ей-богу. Впрочем, дело вкуса. Даму за соседним столиком в резиновых тапках и вечернем макияже, он вполне устроил.

И все-таки, почему Мечтатели, и к кому в большей степени это относится? К создателям, решившим, что при сложении двух демократов удваивается и средний чек или к гостям, которые по старой памяти и знакомой обстановке на эту демократию рассчитывали? Время покажет.

В любом случае пока это, на мой взгляд, самое живое и созвучное времени заведение из всех бывавших тут ранее. Рекомендуется начинающим гурманам без отягчающего гастроопыта.

Мы их высушиваем в дегидраторе, поэтому они получаются такими хрустящими, а потом смазываем джемом — так официантка с буквой «М» на переднике описывает процесс трансформации смородиновых листьев из обычной зелени в модную закуску. Такие фокусы в новом кафе «Мечтатели» на каждом шагу. «Мечтатели» открылись в доме с мраморной доской, посвященной Дягилеву. За последние пару–тройку лет в этих стенах перебывало множество проектов разной степени несуразности и долговечности. «Мечтатели» не похожи на предшественников ни по форме, ни со содержанию.

О культовом среди кинолюбов (или синемафилов?) фильме Бертолуччи помимо названия напоминает разве что звуковой ряд — такая музыка была бы уместна и в конце 1960–х. Но пространство самого кафе никак не отнесешь к эпохе хиппи, это скорее штаб–квартира рафинированного хипстера. Сочетание белого, серого и черного — беспроигрышная цветовая гамма. Сходство с лофтом усиливает переплетение воздуховодов и люстра, собранная из «водопроводных» труб. Рука с вилкой на стене проткнула облако — этому символу можно придумать сколь угодномного толкований. Люди с ноутбуками за столиками у окна пристроились хорошо и надолго: один даже стянул кроссовки. Какие могут быть церемонии, если повара и бармены здесь напоминают рэперов, а у официанток на футболках либо кофейники на тонких ножках, либо джентльмен, оседлавший летающую рыбу! Девушки стараются, но очень обидно, когда через 15–20 минут после заказа выясняется, что блюда, появление которого ты предвкушаешь, нет вовсе.

Концепция «Мечтателей» основана сразу на трех китах: вино, кофе и кухня. В местной карте напитков больше полусотни вин, все за исключением одного (!!!) можно заказывать по бокалам (150–950 рублей). Вина сохраняют при помощи устройства под названием Coravin. По сути, это что–то вроде пистолета с иглой, при помощи которой протыкают пробку. Через иглу вино наливают, затем освободившееся в бутылке пространство заполняют аргоном, чтобы избежать контакта с кислородом.

Одна из создателей «Мечтателей» Людмила Иванова — фанат кофе, и это многое объясняет. Любители альтернативных способов заваривания (150– 220) могут выбрать кофейные зерна из Кении, Эфиопии, Колумбии, Гватемалы и Коста–Рики. Плюс кофейные коктейли (200–440), среди которых невозможно не обратить внимание на «Раф для плохих девочек» (в более ранней редакции «Раф для взрослых девочек») из эспрессо, сливок, массалы и граппы.

Шеф Антон Абрезов и раньше отличался любовью к экспериментам, а в «Мечтателях» развернулся по полной. Здесь все не просто так, но обязательно с каким–нибудь хитрым вывертом. Даже на завтрак (начинается с 8:00) Антон предлагает кашу из булгура с брусничным джемом (290) и омлет с уткой и персиком (340), а к обычной хлебной корзине подает морковное масло и пахту с петрушкой (130). При этом салатов в классическом понимании слова здесь нет, зато много паштетов, муссов и кремов, то есть того, что нужно к вину. Сочетания вкусов экстравагантны, а текстуры разнообразны: ледяной гриб, маринованный с кинзой и кориандром (240), похрустывает на зубах, севиче из дальневосточного кальмара оказывается устрецеподобным, на доске с сырами и колбасами Грана Падано соседствует с вареной сгущенкой, а горгонзола — с теми самыми смородиновыми листьями. Так что, когда паштет из говяжьих сердец (290) оборачивается полудюжиной «конфетных» сердечек, украшенных сахарной ватой, почти не удивляешься, потому что и не ждешь ничего другого. Единственное блюдо, в названии которого присутствует слово «салат», по сути все равно закуска с пастрами и кубиками картофеля кимчи. Одни эксперименты Абрезова удачны, другие — чистый выпендреж, но с визуальной точки зрения почти все сделано на пятерку. Гаспачо с сорбетом из крапивы и персиком вроде бы просто, но освежающе здорово. Сладкое морковное пюре отлично сочетается с гусиной ножкой конфи, хотя само мясо все–таки грубовато. Зато треска со сливочно–икорным соусом и битыми маринованными огурцами (590) — сама деликатность.

Главный аттракцион, он же шутка повара, — десерт «Дети в песочнице играли с цементом» (340). Очень сладко, но глаз не оторвать.