От слова «детокс» в кафе «Хлеб насущный» рябит в глазах. «Детокс» смотрит на меня со значка на груди официантки Вероники, «Детокс» — начертано мелом на грифельных досках, «Попробуйте наши вегетарианские блюда детокс!» — буквально кричит меню… Официантка со знанием дела вещает про токсиновыводящие свойства салата и объясняет, что «шиа — это как ягоды годжи» (видимо, подразумевается то, что ягоды годжи способствуют похудению, снимают стресс, улучшают зрение, продляют жизнь и пр., и пр., и пр.,  — все это общеизвестные и общепризнанные факты). На секунду возникает ощущение, что попал не в кафе, а в клинику,  специализирующуюся на очищении организма. Но нет! Здесь играет Вивальди, витрина ломится от эклеров (105 рублей), чизкейков (250), круассанов (80–110)  и клубничных тартов (225), а главное —  прямо на Невский распахнуты огромные  окна! В какой клинике вы такое найдете?

«Хлеб насущный», несмотря на название, от которого веет каким–то посконным русофильством, был придуман  не нами и не у нас. Первое кафе почти  четверть века назад появилось в Бельгии. Теперь это огромная сеть, оригинальное  название которой — Le Pain Quotidien (если буквально переводить с французско-го, то как раз и получится  «Хлеб насущный»). И уже  лет семь как «Хлеб насущный» есть в Москве.

Кафе выглядит со всех точек зрения по–европейски. Внутри все просто: голый  кирпич и деревянная мебель — сама скромность.  Столы расставлены широко, но большинство из них  сгодится только для чашки кофе и круассана. Зато один из залов целиком занимает стол огромный — традиционно считается, что за такие в России садятся лишь  иностранцы, но личные  наблюдения показали —  это не так. Атмосфера тоже  простая: никто гостей специально не встречает, зато персонал образцово доброжелателен, официантка  радуется, что «вы заглянули к нам еще раз» (неужели действительно помнит, несмотря на круговерть  «золотого треугольника»?).  На столе помимо меню —  красочная книжка с рецептами тартинов от отца–основателя Le Pain Quotidien  Алена Кумона. Впрочем,  в свободном доступе лишь  англоязычный вариант,  русские экземпляры запрятаны под стекло буфета.  

Само меню построено  крайне странно. О существовании супов догадываешься, увидев, как глубокие тарелки раз за разом прибывают на соседние столы.  После повторного изучения  меню супы отыскиваются между десертами с выпечкой и горячими напитками. Сервис по ходу трапезы претерпевает странную  метаморфозу. Первым приносят как раз суп — густое аппетитное варево с курицей, овощами и сливками. Его торопишься съесть  как можно быстрее: и потому, что вкусно, и потому,  что боишься — вдруг даст  течь белый каравай, который исполняет роль тарелки. Затем одномоментно  перед тобой оказываются  горячее и салат, и лишь потом закуска. То, на что меню намекает бесконечным рядом зеленых ростков, тарелки подчеркивают при помощи авокадо  и морковных слайсов. Совершенно понятно, для чего понадобился изобретателям Le Pain Quotidien этот оздоровительный декор: западные потребители  с каждым годом все меньше едят хлеб и все больше думают о шлаках, токсинах и канцерогенах. Но если отвлечься от этого,  то поданная муджадра — ближневосточного происхождения блюдо из дикого риса, чечевицы, кукурузы с виноградом и вялеными помидорами — вполне  себе имеет право на существование. Вот только  непонятно, зачем нужна  еще и плошка с горчицей.

Табуле для того самого детокс–салата шеф готовит не из булгура или кускуса, а из моднейшего киноа, предлагая самостоятельно корректировать  вкус при помощи имбирного соуса. То, что здесь именуют «средиземноморским  блюдом», по сути — мезе,  только подают эти закуски не с лавашом, а с хлебом местного изготовления. И классический, и неклассически–мятный хумус и баклажанная закуска  с незабываемым именем  бабагануш одинаково хороши.

Вынос одного–единственного круассана сопровождается целым ритуалом: тут и масло, и целых три банки с джемами,  на крышках которых предусмотрительно выведено: «Пожалуйста, обратитесь к официанту за персональными приборами».  Ну почему мне не несут  мою персональную чайную ложку